Эвелина Никанорова: «Не считаю себя популярной, считаю себя обычным простым человеком»

Она мечтала о «гигантском телевидении», но пандемия и судьбоносный звонок Гинтараса Зукаса привели её в студию RADIO•R. Сегодня Эвелина Никанорова — неотъемлемая часть утреннего шоу «Соль и перец». Эвелина рассказала, почему она до сих пор не считает себя популярной, как в эфире приходится «выкладывать всё» по просьбе слушателей и каким она видит будущее радиостанции.

— Мечтала ли ты стать радиоведущей? Как изменилось твое представление о работе ведущего за время работы в программе «Соль и перец»?

— Я не мечтала никогда работать на радио и даже об этом не думала, так как планировала работать на гигантском телевидении. Но все поменялось, пришел ковид, и я попала на радио и познакомилась с Гинтарасом и с Эрнестом. И тогда мне казалось, что радио — это вечный экшен, вечный праздник, потому что два заведенных 40-летних мужчины встречали меня всегда с невероятными эмоциями, с улыбкой. Все как с горячей кровью было. Но а сейчас я прекрасно понимаю, что понятное дело, что есть и праздник, но чаще всего это, конечно, рутина.

— Волновалась ли ты, когда впервые пришла знакомиться с такими известными личностями, как Эрнест Алесин и Гинтарас Зукас?

— Не волновалась, потому что перед приходом на радио у меня был звонок, из-за которого мне было гораздо страшнее, нежели просто уже напрямую знакомиться с людьми. Это был обычный день, самый простой, обыкновенный. После учёбы я пошла в спортзал, на беговой дорожке отработала 5 километров, и тут мне звонит телефон. И в телефоне я-то думала: ну, курьер, ну кто мне может звонить? А там: «Алло, Эвелина, здравствуйте, это Гинтарас Зукас». А у меня одышка, как будто я марафон пробежала. И он такой: «Да, было бы здорово… вот Эрнест передал ваш номер». И вот это было гораздо волнительнее, чем когда я потом пришла. Я прекрасно помню этот момент — как мне Эрнест рисует карты, показывает, как мы работаем и вообще скоро завоюем эту вселенную. И я вижу лицо Гинтараса Зукаса и понимаю, что всё будет нормально.

— Изменилось ли отношение твоих друзей к тебе — хотя бы в шутку — с тех пор, как ты стала работать на радио?

— Некоторые — не самые близкие — друзья иногда называют меня «русское радио». Но в целом не изменилось. Они просто чаще меня слышат, больше обо мне знают и больше могут чего-то покомментировать в моем образе, в моих словах или в моих мыслях. А так не изменилось. Ну и в целом, надо отдать должное, каждый мой слушатель теперь мой друг. Их мнение мне всегда важно и нужно, поэтому я всегда с радостью принимаю какие-либо сообщения и отвечаю. Всех готова поддержать и даже упомянуть в радиоэфире. Да, имею такой грешок. Всегда, если меня кто-то что-то просит, я в эфире все выкладываю.

— Бывали ли у тебя ляпы в эфире?

— У меня ляпы каждый день. У нас была гигантская проблема, что чаще всего какие-то новости пишутся без буквы Ё, а только с Е. И на всех этих словах… просто alarm. Я прям не то что переживала, я уже смирилась, опустила руки и не хотела за эту букву Ё бороться, но благодаря Гинтарасу Зукасу во всех новостях появилась буква Ё, мы её отстояли. Теперь ляпов меньше, но я иногда всё равно заговариваюсь.

— Есть ли у тебя какой-то «ритуал перед эфиром» (кофе, тишина, определенная музыка)?

— Ритуалы — есть один, и сейчас он на постоянной основе с нами. Раньше каждое утро, когда мне было очень тяжело вставать, энтузиазма не хватало, я покупала себе кофе. Ну, как вы понимаете, это каждый раз какая-то копеечка с зарплаты. Даже несмотря на то, что у нас и кофейный аппарат есть, и V-60 заварка, и все дела… В полном фарше мы здесь катаемся на RADIO•R, но, тем не менее, была традиция покупать кофе. А так как мы не молодеем, а работа легче не становится, новости легче не становятся, кофе стало обиходным. Я каждый день покупаю себе кофе, трачу деньги, но всегда очень и очень этому радуюсь.

— Считаешь ли ты себя популярным человеком, и какой видишь Эвелину Никанорову на радио через 10 лет?

— Популярным человеком я себя не считаю, я себя считаю просто обычным рабочим. Кто считает меня популярной, поймите, это не снобство, когда я стесняюсь — такая скромно поздоровалась и хочу от вас убежать. Это просто страх того, что вы на меня накладываете очень много популярной ответственности, которую я не умею носить, на самом-то деле. И мне очень повезло с напарником, который тоже является очень скромным, на самом деле, человеком, но больше в силу своего опыта многолетнего знает, как на это всё реагировать. Не считаю себя популярной, считаю себя обычным простым человеком, всегда рада со всеми пообщаться, но не приписываю это к популярности.

Надо отдать должное, моя популярность говорит сама за себя. Со мной фотографируются на крестьбинах, на похоронах, на свадьбах, где только можно и нельзя. И всегда я всем не отказываю, но чувствую неловкость в этом.

А как я вижу себя через 10 лет на радио… Ой… ну, не знаю. Наверное, приводя за ручку Гинтараса Зукаса, пенсионера уже, сажая его в продюсерское кожаное такое красное дорогое кресло, выслушивая его и говоря новым молодым ведущим, которых мы всегда ищем: дорогие друзья, это вот он сейчас бред не несет, скоро будет новая полезная информация. Вот, вот так я себя и вижу.