Женя Соленков: «Разговаривать с тысячами людей, которых не видишь, — это морально нелегко»

Лучший русскоязычный ведущий мероприятий и «голос» программы «Хороший день» Женя Соленков уверен: говорить в микрофон в пустой студии куда сложнее, чем выступать перед живой аудиторией. К 25-летию RADIO•R Женя рассказал, почему ему проще «говорить в человека», как французская музыка возвращает его в детство и почему новостная лента порой вызывает желание нарушить эфирную цензуру.

— В чем главная разница между ведущим мероприятий и ведущим эфира?

— Разница в том, что вести мероприятие гораздо легче, потому что у тебя есть зрительный контакт. Ты видишь аудиторию, которая тебя слышит, которая на тебя реагирует и отвечает. И ты всегда можешь быстро, резко все парировать. Мне легче вести мероприятие, чем вести эфир. А на радио все сложнее, потому что я не вижу вас. Я вас не вижу, а с вами разговариваю. И нет ничего сложнее, чем разговаривать с десятками-сотнями тысяч радиослушателей, и при этом надеяться, что ты ещё и интересен, не просто забиваешь эфир. Это сложно, морально нелегко, поэтому все время призываю: подписывайтесь на наши социальные сети, комментируйте там, пишите, задавайте вопросы, и на всё это будем отвечать в эфирах.

— Ты вел эфиры вместе с такими замечательными ведущими, как Вероника Максимова, Мила Алиева и Ангелина Гудкова. Что важнее в таких коллаборациях — «подстраиваться» под напарницу или сохранять собственный стиль? Каким путем вообще достигается определенная «химия» в эфирной паре?

— Ну, во-первых, стоит отметить, что я вёл ещё эфиры и с Гинтрасом Зукасом, не так много, но парочка была, и даже с Эрнестом Алесиным тоже у нас совместное что-то было. Но вернемся к моим коллегам, радиоведущим, женщинам, девушкам. Мне сложно работать в дуэте только в те моменты, когда я понимаю, что не могу перебить женщину, даю выговориться, договорить до конца. И порой уступаю эфирное время. И вот здесь у меня такое бывает, иногда меня так немножечко подкидывает, что ли. Ё-моё, дайте сказать, дайте слово сказать! Но это только одна сложность, а лёгкостей в этом плане гораздо больше. Я вот, например, очень люблю, когда моя коллега Ангелина Гудкова задерживается после своего эфира, и я приглашаю её на один-два выхода в студию вместе со мной, мне тогда проще. Мне есть в кого говорить, мне есть кому говорить. Ты сразу видишь реакцию, видишь, что человек улыбается, либо возмущается тому, что ты говоришь. Это подзадоривает, это раззадоривает. Легче просто, как песня, все стелется. И вот сейчас я говорю это вам, вас не вижу, но за камерой прямо сейчас на меня смотрит Ангелина Гудкова, улыбается и знает, что мне проще говорить в неё вот так вот, сквозь камеру. И тогда это получается бегло и бодренько.

— Ляпы на мероприятиях и ляпы в эфире. Можешь ли ты рассказать какую-то смешную историю из своей карьеры ведущего?

— Да что там рассказывать, если вы внимательно слушаете эфиры RADIO•R, то я абсолютно уверен, что вы слышали все мои оговорки. Вы не раз слышали, как идет, значит, какая-то мелодия, а это не мой эфирный выход, и тут что-то непонятное поверх песни из студии доносится. Это потому, что я нажал не ту кнопку. Либо, иногда, я тут щёлкну, не то окошко закрою во всех наших программах, вот там стоит комп, и выключил эфир два раза. Вообще полностью. Благо, что у нас здесь есть наш специалист Валентин, который прибегает и всё быстро восстанавливает. В том числе и мои нервные клетки, потому что, говорит, ничего страшного, никто не заметил. А что касается мероприятий, — да, там тоже бывали ляпы, но это не что-то катастрофическое. Всегда можно вывернуться, выкрутиться. Вот жениха не тем именем называл, например, на свадьбах, но всегда удавалось как-то извернуться.

— Какую песню ты мог бы крутить в эфире бесконечно, и она бы не надоела? Музыка каких лет тебе ближе всего?

— Вау, не надоело кому? Мне? Ну, я бы много что мог слушать, но мне быстро надоедает музыка. Есть такое, что какой-то трек в меня попадает, и я его затираю до дыр, заслушиваю просто, пока пленка не порвется. Вот настолько я человек немолодой, а значит, соответственно, и музыка тех лет, когда она была на кассетных носителях, она ближе всего попадает в моё сердечко. Я бы, конечно, мог повыпендриваться, как очень многие сейчас, что вот я помню, но я, знаете, это не сейчас, но я помню, еще на виниле очень много всего слушал, потому что у папы было много виниловых пластинок, но на кассетах было гораздо больше всего. И то, что меня радует, это, конечно, 90-е, 80-е, это то, что я вот слушаю с большим удовольствием, всякое танцевальное диско, плюс весь рок, начиная, наверное, с 80-х и до середины нулевых. Это то, что меня больше всего радует. Нет, есть еще один момент. Есть французская музыка, французские исполнители, которых я слушал в детстве, потому что они постоянно играли дома. У папы у нас всегда играла музыка, такая легенько, фоном. И до сих пор я, когда включаю эти песни, я туда улетаю, в свое детство, домой к родителям, и мне так от этого хорошо!

— Чего ты никогда не скажешь в эфире, даже если очень хочется?

— Я скажу, в эфире — ну материться нельзя. А иногда очень хочется, знаете, когда открываешь новостную ленту, читаешь и понимаешь, что кроме как нелитературными словами описать свое негодование вообще никак невозможно, но это я не скажу и не говорю. А обо всем остальном… да все что угодно! Слушайте, я могу обо всём говорить, для меня главное, чтобы не пострадала радиостанция после того, что я могу высказать и как. Но есть вещи, которые я не хочу обсуждать, иногда рассказываю про детей, про семью, что-то говорю про семейные отношения, но это в целом в теории. А какие-то слишком личные переживания — это слишком личные переживания.

— Твоя идеальная программа в эфире — какая она?

— Моя идеальная программа в эфире — это когда я в хорошем настроении, когда я вовремя поел, успел с утра, допустим, заняться спортом. Пришел сюда бодрый, сытый, с нормальным уровнем сахара в крови. И желательно, чтобы мои коллеги ещё были в хорошем настроении. Но если нет — я пытаюсь поделиться своим. И да, моя идеальная программа — это когда в эфире я не один. Знаете что? Тогда и работы меньше, и проще эта работа. Ещё бы денег больше платили…